Шлях

«Настойчивость – лучший инструмент». Как добиться закрытия атомной электростанции?

Около года назад журналистка Зелёного портала побывала в Сиэтле, где познакомилась с Томом Кампертером, адвокатом и исполнительным директором неправительственной организации Hanford Challenge.

29.04.2020 Вакол свету Аўтар: Евгения Долгая Фота: AP, OURTESY BECHTEL, COURTESY DEPARTMENT OF ENERGY

Когда-то Тому удалось приложить руку к тому, чтобы государство прекратили эксплуатацию атомной электростанции Zimmer. Все началось с того, что рабочие электростанции рассказали о дефектах в работе станции, о нарушениях техники безопасности.

Благодаря усилиям активистов, на станции провели расследование, в ходе которого удалось доказать то, о чем говорили рабочие, станцию законсервировали в 1983.  В январе 1984 года было принято решение преобразовать законсервированный завод в угольную электростанцию. С тех пор завод работает исключительно с углем, а его политика направлена на то, чтобы максимально минимизировать урон окружающей среде. 

Сейчас Том Кампертер и его организация работают напрямую с работниками Хэнфордского ядерного полигона. Hanford Challenge большую часть финансирования получает от грантов, фондов и через донаты.

Том говорит, что люди могут жаловаться в Hanford Challenge, если видят, что их права не соблюдаются, а их безопасность находится под угрощой, и также если есть риск для окружающей среды, либо речь идет о случаях коррупции и мошенничества.

Зелёный портал поговорил с Томом о его деятельности, о ядерном оружии, Чернобыле и его отношении к атомным электростанциям.

 

Хэнфордский ядерный полигон

Этот полигон был открыт в 1943 году в рамках Манхэттенского проекта с целью создания обогащенного плутония для ядерного оружия США с максимальной скоростью и секретностью – подход, который не оставил места для безопасности или подотчетности. Плутоний, произведённый на этом полигоне, использовали при создании атомной бомбы «Толстяк», сброшенной на город Нагасаки в Японии.

Хэнфорд производил плутоний до 1986 года. В результате производственного процесса осталось 204 тыс. м³ высокоактивных отходов, которые находятся на территории комплекса.  Очистка, начатая в 1989 году Министерством энергетики, будет продолжаться на полигоне, по крайней мере, до 2070 года.

Сегодня Хэнфордский ядерный заповедник площадью 586 квадратных миль является самым загрязненным объектом в Западном полушарии. Он угрожает окружающей среде, жизни и здоровью 9 тысяч человек, работающих на очистке, и более миллиона человек, живущих в округе Хэндфорда.

Организация Hanford Challenge в случае нарушения прав  людей, которые работают на очистке, борется за них в суде и оказывает всевозможную юридическую поддержку.

 

- Том, вам удалось доказать опасность атомной станции Zimmer и в итоге ее производство остановили. Как это получилось?

- В 1978 году я основал небольшую неправительственную организацию, чтобы оспорить работу атомной электростанции в моем районе на юге Огайо.  Именно там я начал прислушиваться к мнению тех, кто работает на станции и помогать им. 

Я обратился за помощью к одной неправительственной организации «Государственная ответственность» (GAP) в Вашингтоне,  чтобы они выслушали рабочих и помогли нам.   GAP взялись за наше первое судебное дело, а затем за многие другие в течение следующих нескольких лет. Это подтолкнуло меня пойти учиться на юриста.

Уже в 1985 году я сам присоединился к GAP в качестве сотрудника и стал менеджером ядерной компании.  Я помогал осведомителям (рабочим, которые рассказывали о нарушениях – прим. ред.) по всей стране, как на коммерческих предприятиях, так и на заводах по производству ядерного оружия. 

Я также развивал отношения с российскими активистами, юристами и учеными и с 2000 по 2005 год несколько раз посещал российские ядерные объекты в Сибири и на Урале.  Мы сами принимали многочисленные визиты российских активистов и ученых в США.

Я был автором многочисленных публичных докладов, юридических записок, публичных комментариев, исследовательских работ, юридических петиций и новостных статей об атомных станциях и отходах.  Также предлагал изменения в закон о ядерной политике, часто успешно.  Я неоднократно давал показания в Конгрессе, а также в законодательных органах штатов.  Большая часть нашей работы была ориентирована на безопасность и охрану труда, защиту окружающей среды, права работников и ядерную безопасность.

- Почему эта тема важна для вас?

- Я работаю в ядерной тематике с 1978 года, мне тогда был 21 год. В то время меня больше всего волновало создание ядерного оружия в этой стране, и насколько безумным все это стало. 

Я участвовал в митинге против наращивания ядерного оружия, который проходил на плутониевом заводе «Rocky Flats» недалеко от Денвера, штат Колорадо.  Этот протест открыл мне глаза на огромную ядерную инфраструктуру, которая была построена на заднем дворе Америки. 

Я узнал, что в стране есть десятки тысяч радиоактивно зараженных объектов.  Было проведено много сотен наземных испытаний ядерного оружия, в результате которых ничего не подозревающим общинам по всему миру был нанесен радиоактивный удар.  Военные ядерные объекты на протяжении десятилетий эксплуатируются при полном пренебрежении здоровьем и безопасностью, как самих работников полигонов, так и окружающего их населения.

Запомните важную вещь: обман правительства хорошо документирован не только в моей стране, но и в каждой стране, имеющей ядерные программы.

В итоге, моя работа привела меня к тому, что я сузил круг своих интересов до ядерной станции в Хэнфорде, поскольку она является самым загрязненным объектом в Соединенных Штатах и представляет собой угрозу благополучию региона. 

В 2007 году я приступил к работе в Hanford Challenge, чтобы решить многие проблемы, связанные с очисткой Хэнфорда, которая, как сейчас признает правительство, займет многие десятилетия и обойдется в 660 миллиардов долларов США. 

Мы внимательно прислушиваемся к рабочим, развиваем и поддерживаем важные альянсы с племенными народами, другими неправительственными организациями, юридическим сообществом, членами Конгресса и государственными чиновниками.

- Рабочие Хэнфордского полигона делятся с вами информацией о нарушениях, как вы их защищаете?

- Рабочие - это те люди, которые лучше всего могут раскрыть информацию про отходы и мошенничество, выявить неприемлемые риски для здоровья и безопасности, а также сообщить о нарушениях.

Когда они решаются на то, что сообщить нам нужную информацию, это подвергает их работу и карьеру большому риску. Команда юристов Hanford Challenge обеспечивает им защиту от мести, которая является слишком распространенным явлением, к сожалению.

- Что происходит дальше с информацией от рабочих?

- Мы делимся информацией, которую предоставляют рабочие, с Конгрессом, правительствами Штатов и местными органами власти, а также со средствами массовой информации, переводя сложные вопросы на простой язык, чтобы помочь им понять, что на самом деле происходит в Хэнфорде, информировать общественность и формировать политику.

Мы сохраняем постоянную бдительность, чтобы остановить попытки обхода правил, направленных на защиту здоровья, безопасности и окружающей среды. И мы вмешиваемся всякий раз, когда федеральное правительство предлагает подходы, которые подорвут безопасность и эффективность программы очистки.

- Чем помогает эта информация?

- Публикуя информацию об инцидентах в Хэнфорде, которые замалчивались бы, и разоблачая мошенничество и нарушения безопасности, Hanford Challenge последовательно добивается большей подотчетности, прозрачности деятельности площадки, а также проведения реформ в Хэнфорде.

Наша работа повысила безопасность площадки, улучшила работу по очистке, сэкономила миллионы долларов налогоплательщикам и повысила осведомленность общественности о проблемах, угрожающих безопасности и окружающей среде.

 - Что изменилось за время вашей работы в Хэнфорде?

- Наша работа привела к многим улучшениям. Недавний судебный процесс привел к принятию новых правил, которые защищают дыхательные пути работников Хэнфорда, которые работают вокруг резервуаров с ядерными отходами. Мы также улучшили систему защиты информаторов. Тех мужчин и женщин, которые пострадали от мести или были уволены после того, как сообщили о нарушениях в области безопасности, охраны здоровья и окружающей среды, а также о нецелевом использовании средств, выделенных на очистку. Мы представляли их интересы в судах.

Кроме того, свидетельские показания в Конгрессе и обширная работа за кулисами привели к усилению правовой защиты лиц, сообщающих о нарушениях, увеличению финансирования для решения неотложных приоритетных задач, а также к реформированию ведомств в области ядерной безопасности, злоупотреблению компенсациями работникам, коррупции и мошенничеству и многим другим вопросам.

Поддержка инженеров-ядерщиков Хэнфорда привела к приостановке работ на плохо спроектированном заводе по переработке отходов и заложила основу для значительных изменений в конструкции. В результате судебного разбирательства Хэнфорд и его  подрядчики заплатили 125 миллионов долларов США за урегулирование обвинений в мошенничестве.

В 2013 году мы сообщили о том, что новый резервуар с двойной оболочкой вышел из строя. В 2015 году мы обнародовали внутреннюю оценку, в которой говорилось о сбоях в проектировании и строительстве завода по переработке низкоактивных отходов. В 2018 году мы сообщили о выбросе радиоактивных частиц, которые загрязнили рабочих, офисные здания и транспортные средства, которые были вывезены за пределы объекта.

- Можете рассказать какую-нибудь историю конкретного рабочего, который рассказал вам о нарушениях?

- Одним из первых осведомителей, которых я представлял в Хэнфорде, был Эд Бриккер.  Он родился и вырос в маленьком городке недалеко от Хэнфорда (Ричленд), там работала практически вся его семья, включая дедушку, отца, маму и братьев.

Эд был оператором ядерного процесса в Хэнфорде.  Он сообщал о нарушении безопасности при работе с тяжелой техникой, что было проигнорировано.  Менеджер сказал ему забыть об этом, сказав, что Эд должен держать язык за зубами.  Молодой человек последовал этому совету, но через пару недель эта же самая машина убила его лучшего друга, которого он знал еще с начальной школы.  Эд был опустошен и поклялся никогда больше не молчать о нарушениях безопасности.

И он сообщил о многих, многих таких нарушениях в течение следующего года.  Он получил репутацию создателя проблем, и руководство решило избавиться от него.  Ему были даны два разных задания одновременно разными начальниками, и за то, которое он не выполнил, его тут же наказали.

Его начальники распространяли слухи о том, что он сумасшедший, и фактически направляли его на психиатрические осмотры четыре раза в год.  Психолог компании был настолько расстроен вопиющим злоупотреблением этими направлениями, что сам стал осведомителем и обратился к нам.

В конце концов, Эд стал объектом обширного расследования в области безопасности под названием «Операция «Крот».  Это термин разведывательной службы для шпиона, посланного врагом с целью срыва операций. 

Эд считался «шпионом правительства».  Представляешь, правительства США!  Того самого  правительства, которое владело сайтом в Хэнфорде.  Эд подозревался в передаче информации членам Конгресса, которые расследовали записи о безопасности Хэнфорда.  И он это делал. Я ездил в штат Вашингтон на встречу с Эдом, за ним следили машины наблюдения, а за домом Эда постоянно следили.

В итоге, мы получили расследование в Конгрессе по поводу обращения Хэнфорда с Эдом Брикером, и Министерству энергетики было обязано нанять независимого следователя для расследования обвинений Эда. 

Следователь, который работал на Министерство труда США, опубликовал обширный отчет, в котором обнаружил, что Эд стал жертвой широкомасштабного и неконституционного нарушения прав.  Это привело к подаче иска, который в течение многих лет велся в суде, прежде чем дело было окончательно урегулировано. Дело Эда, как и многие другие подобные ему, запечатлены в недавней книге Тома Мюллера «Кризис совести».

- Том, вы смотрели сериал «Чернобыль»? Вы читали книги Светланы Алексиевич?

- Смотрел этот сериал и думаю, что он очень хорошо сделан.  Я прочитал несколько книг о Чернобыльской катастрофе, но не читал книги Светланы Алексиевич.  Недавно прочитал очень хорошо написанную книгу Кейт Браун «Руководство по выживанию».  Я знаком с несколькими ликвидаторами Чернобыля и услышал их истории из первых уст.

Тот факт, что Чернобыль может случиться и случился, не стал для меня сюрпризом.  Человеческая изобретательность и неправильное поведение –это факт жизни, и любой системой безопасности можно пренебречь или что-то сделать не так, все зависит от человека все равно.  Вот почему ядерные технологии по своей природе опасны.

- Вы сталкивались с репрессиями со стороны государства за вашу деятельность?

- Не напрямую.  За мной внимательно наблюдали, следили и отслеживали мои телефонные звонки.  Некоторые дела, в которых я участвовал, были довольно страшными.  В мой офис вломились и украли документы.  Но мне не угрожали, не было предпринято никаких юридических действий против меня. 

Я знаю довольно много коллег в России, которые подвергались официальным преследованиям, арестам.  Конечно, меня беспокоит, что в будущем условия в этой стране изменятся, и моя жизнь изменится в результате моей критики правительства.

- Как вам удалось создать такую большую компанию и поднять важную тему ядерных отходов? Сколько людей заинтересовалось?

- Мы внимательно следим за нашим доверием, а СМИ и чиновники верят нам, когда мы раскрываем нарушения, мошенничество, отходы и злоупотребления, а также угрозы общественному здоровью и безопасности и окружающей среде.  Репортеры приходят к нам за сюжетами. 

Некоторые члены Конгресса и законодательного собрания штата Вашингтон проводят слушания и просят нас дать показания.  У нас также есть сотрудники по связям с общественностью, которые очень активно работают в социальных сетях. 

Мы проводим многочисленные общественные мероприятия, посещаем университеты и средние школы, выступаем перед общественными организациями, часто обновляем наш сайт и сообщения в Facebook. 

Многие люди очень интересуются нашей работой и сайтом в Хэнфорде, который, по общему признанию, представляет серьезную угрозу для региона.  С помощью наших коммуникационных программ мы достигаем многих десятков тысяч людей в нашем регионе.

- Как Вы относитесь к атомным электростанциям в целом?

- Сами станции не являются злом, но я не доверяю людям.  Ведь ошибка может обернуться катастрофическим провалом, как мы видели это снова и снова.  Я также считаю, что это неэтично для нас — создавать долгоживущую, очень опасную форму отходов, которую нельзя безопасно утилизировать для будущих поколений.

Спустя многие столетия после того, как мы все уйдем, эти отходы станут чумой для будущих поколений. Это справедливо?  Нет. Я предпочел бы, чтобы мы разрабатывали и использовали экологически чистые или, по крайней мере, менее загрязняющие формы энергии.

Но, запомните,  ядерное оружие – это зло.

 - Над чем вы сейчас работаете?

- Главное, над чем мы сейчас работаем, – борьба с новым предложением правительства отказаться от высокоактивных отходов полигона, находящихся в Хэнфорде.  Долгое время был достигнут четкий консенсус, что лучший способ справиться с миллионами галлонов отходов высокого уровня активности в Хэнфорде – стабилизировать их путем витрификации, а затем хранить стеклянные журналы в лицензированном подземном хранилище ядерных отходов.

Однако федеральное правительство предложило значительно сократить федеральные расходы на программу очистки Хэнфорда. Первым шагом в этом плане, который является незаконным, согласно действующему законодательству, является реклассификация десятков миллионов галлонов опасных побочных продуктов производства плутония, чтобы они больше не считались «отходами высокого уровня». Как только отходы будут переклассифицированы, федеральное правительство фактически остановит уборку в Хэнфорде и уйдет от смертоносных отходов Хэнфорда.

Этот опасный и безответственный план должен быть остановлен. Залив бетона в резервуары означает, что более 50 миллионов галлонов необработанных отходов, захороненных в Хэнфорде, попадут в почву и грунтовые воды и попадут в реку Колумбия, вероятно, менее чем через 20 лет. Почву, уже загрязненную отходами, будет труднее удалить. Будущие усилия по исправлению этой ошибки обойдутся в миллиарды долларов. Наиболее эффективным вариантом будет подача иска против федерального правительства, если оно продолжит реализацию этих предложений.

В Беларуси хотят запустить атомную электростанцию. Какой совет вы можете дать беларусам, которые выступают против запуска АЭС?

- Нам удалось остановить завод с помощью стратегии организации на всех уровнях общества, использования правовой системы, Конгресса США, мэрии и массированного освещения в СМИ.  Правительственная регуляторная структура была и остается бесполезной для остановки этих объектов, как бы плохо они ни строились. 

Но... если построить достаточное сопротивление в местных, региональных и более крупных сообществах, эти системы могут быть использованы.  Мой совет тем, кто находится в Беларуси: тщательно исследовать завод, найти его дефекты, просвещать, агитировать и организовывать.  Настойчивость – лучший инструмент.

- Хотели бы Вы посетить Чернобыльскую зону?

- Да, но только с опытным гидом и счетчиком Гейгера.


ІНШЫЯ НАВІНЫ РУБРЫКІ

Падзяліцца: 29.04.2020

Перадрук матэрыялаў магчымы пры абавязковай наяўнасці зваротнай і актыўнай гіперспасылкі.